Лесков. Соборяне, 978-5-17-070886-4

234,00 руб

Краткое описание:

Издательство: АСТ
Автор: Николай Семенович Лесков
Серия: Великая судьба России
Страниц: 448
Формат: 206x135x35 мм
Переплет: 7Б - твердая
Год издания: 2011
Язык: Русский
Вес: 354 г
ISBN: 978-5-17-070886-4
Бумажный вариант

В корзину

есть в наличии

Подробно:

Содержание

Н. Лесков. СОБОРЯНЕ Роман (с. 5) Примечания (с. 426)

Аннотация

Соборяне - один из лучших романов Н.С.Лескова, рассказывающий о жизни города Старгорода, о распрях среди местных старообрядцев, о напряженных религиозных исканиях праведников - талантливых, могучих духом патриотов русской земли.Отрывок из книги

ГЛАВА ПЕРВАЯ Люди, житье-бытье которых составит предмет этого рассказа, суть жители старгородской соборной поповки. Это - протоиерей Савелий Туберозов, священник Захария Бенефактов и дьякон Ахилла Десницын. Годы ранней молодости этих людей, так же как и пора их детства, нас не касаются. А чтобы видеть перед собою эти лица в той поре, в которой читателю приходится представлять их своему воображению, он должен рисовать себе главу старогородского духовенства, протоиерея Савелия Туберозова, мужем уже пережившим за шестой десяток жизни. Отец Туберозов высок ростом и тучен, но еще очень бодр и подвижен. В таком же состоянии и душевные его силы: при первом на него взгляде видно, что он сохранил весь пыл сердца и всю энергию молодости. Голова его отлично красива: ее даже позволительно считать образцом мужественной красоты. Волосы Туберозова густы, как грива матерого льва, и белы, как кудри Фидиева Зевса. Они художественно поднимаются могучим чубом над его высоким лбом и тремя крупными волнами падают назад, не достигая плеч. В длинной раздвоенной бороде отца протопопа и в его небольших усах, соединяющихся с бородой у углов рта, мелькает еще несколько черных волос, придающих ей вид серебра, отделанного чернью. Брови же отца протопопа совсем черны и круто заломанными латинскими S-ами сдвигаются у основания его довольно большого и довольно толстого носа. Глаза у него коричневые, большие, смелые и ясные. Они всю жизнь свою не теряли способности освещаться присутствием разума в них же близкие люди видали и блеск радостного восторга, и туманы скорби, и слезы умиления в них же сверкал порою и огонь негодования, и они бросали искры гнева - гнева не суетного, не сварливого, не мелкого, а гнева большого человека. В эти глаза глядела прямая и честная душа протопопа Савелия, которую он, в своем христианском уповании, верил быти бессмертною. Захария Бенефактов, второй иерей Старгородского собора, совсем в другом роде. Вся его личность есть воплощенная кротость и смирение. Соответственно тому, сколь мало желает заявлять себя кроткий дух его, столь же мало занимает места и его крошечное тело и как бы старается не отяготить собою землю. Он мал, худ, тщедушен и лыс. Две маленькие букольки серо-желтеньких волосинок у него развеваются только над ушами. Косы у него нет никакой. Последние остатки ее исчезли уже давно, да и то была коса столь мизерная, что дьякон Ахилла иначе ее не называл, как мышиный хвостик. Вместо бороды у отца Захарии точно приклеен кусочек губочки. Ручки у него детские, и он их постоянно скрывает и прячет в кармашки своего подрясника. Ножки у него слабые, тоненькие, что называется соломенные, и сам он весь точно сплетен из соломки. Добрейшие серенькие глазки его смотрят быстро, но поднимаются вверх очень редко и сейчас же ищут места, куда бы им спрятаться от нескромного взора. По летам отец Захария немножко старше отца Туберозова и значительно немощнее его, но и он, так же как и протопоп, привык держаться бодро и при всех посещающих его недугах и немощах сохранил и живую душу и телесную подвижность. Третий и последний представитель старогородского соборного духовенства, дьякон Ахилла, имел несколько определений, которые будет нелишним здесь привести все, дабы при помощи их могучий Ахилла сколько-нибудь удобнее нарисовался читателю. Инспектор духовного училища, исключивший Ахиллу Десницына из синтаксического класса за великовозрастие и малоуспешие , говорил ему: - Эка ты, дубина какая, протяженно сложенная! Ректор, по особым ходатайствам вновь принявший Ахиллу в класс риторики, удивлялся, глядя на этого слагавшегося богатыря и, изумляясь его величине, силе и бестолковости, говорил: - Недостаточно, думаю, будет тебя и дубиной называть, поелику в моих глазах ты по малости целый воз дров. Регент же архиерейского хора, в который Ахилла Десницын попал по извлечении его из риторики и зачислении на причетническую должность, звал его непомерным . - Бас у тебя, - говорил регент, - хороший, точно пушка стреляет но непомерен ты до страсти,...

 

Рекомендуем: