Легкие миры, 978-5-17-085088-4

557,00 руб

Краткое описание:

Издательство: АСТ
Автор: Татьяна Толстая
Страниц: 480
Формат: 207x 136x 32 мм
Переплет: Твердый переплет. Плотная бум
Год издания: 2015
Вес: 505 г
ISBN: 978-5-17-085088-4
Бумажный вариант

В корзину

есть в наличии

Подробно:

Содержание

Легкие миры На малом огне Про отца За проезд! Вроде флирта Дым и тень Дальние земли Ураган Легкие миры С народом К вопросу о национальной идее Адамово ребро Превозмогая обожанье Засор Серебром и чесноком Василий Иванович С народом Карна и Желя И люди в нем актеры Здравствуй, столица Всё снесут Умм Ирочка Dumb ways to die О стихах и метелях Антинародное Кофточка Сумочка Про дружбу народов Без разницы фу Му-Му и Фру-Фру: исчезновение Больших Смыслов О том Яичечко Гной Синестезия Глупости всякие Двухтыщи Советское ухо Шуба За уксусом Музыка сфер Синие яйца Может быть, свет Тэнгэр хуйсрах Синяк Кремлевские сценарии О трехчастной структуре выкрикивания Издали похожие на мух Триада Может быть, свет Сарайчик Лозинские и Левицкие Эмануил Которое по счету доказательство бытия Божиего Другие миры Домовой Бывают странные сближенья Юдифь с мечом Чечевица Желтые цветы Хряпа тоталитарная Рядом, за стеной Pakastin Обедом навеяло Каго Студень Колдовство. Послесловие Волчок Читай, читай!

Аннотация

В книгу Татьяны Толстой Легкие миры вошли новые повести, рассказы и эссе, написанные в последние годы. Повесть, давшая название сборнику, была удостоена Премии Ивана Петровича Белкина (2013). В новой прозе Татьяна Толстая совершила революцию: перешла от третьего лица к первому. Сливаясь и расходясь с автором, рассказчица плетет кружевные истории своей жизни, в том числе - про любовь, как Бунин. (Александр Генис) Отрывок из книги

– И вы понимаете, не правда ли, что с этого момента все права, обязанности и проблемы, связанные с этим имуществом, становятся вашими, – терпеливо повторил адвокат. – Это уже будет ответственность не Дэвида и Барбары, а ваша. Дэвид и Барбара, нахохлившись, смотрели на меня не мигая. В руке у меня была авторучка с черными чернилами, и я должна была поставить последнюю подпись на контракте о покупке дома. Дэвид и Барбара разводились и продавали дом в Принстоне, штат Нью-Джерси, а я его покупала. Мы сидели в адвокатской конторе. А за окном буйствовал тяжелый американский ливень – погодка была примерно такая, как в Петербурге в 1824 году, вода била с неба с какой-то особо бешеной яростью, на десять метров вдаль ничего не было видно, кроме мутной водяной стены, а то, что было видно, внушало ужас: уровень бурлящего на земле потока уже дошел до середины колеса припаркованной за окном машины и поднимался выше со скоростью секундной стрелки. – Да, может затопить, – равнодушно сказал адвокат, проследив за моим взглядом. – В Нью-Джерси после таких ливней тысячи машин продаются как подержанные. Но покупать их я бы не посоветовал, это погибший товар. Впрочем, это всегда остается вашим выбором. – А дом? – спросила я. – Дом может затопить? – Дом стоит на горке, – заерзал Дэвид. – Соседей заливает, но нас пока... – Плиз, мистер П.! – строго напомнил адвокат. Адвокат запрещал Дэвиду говорить со мной, а мне – с Дэвидом. Предполагалось, что Дэвид сболтнет лишнее, например расскажет о скрытых недостатках своего дома, я ахну, и цена на строение раз – и упадет. И Дэвид потерпит урон. Или – вот как сейчас – Дэвид накормит меня пустыми обещаниями, якобы горка гарантирует сохранность имущества, а я поверю а потом я, допустим, вхожу в домик, а там в подвале колышется вода. Вот и обманул Дэвид, да еще в присутствии двух юристов, тут-то я и подам на него в суд, пойдет тяжба – ой, не отвяжешься. Дэвид по сценарию должен был быть холоден, замкнут и нейтрален. Любезен и далек. Это Дэвид-то! Он был так неподдельно рад, что кто-то хочет купить у него дом, по американским меркам совсем позорный: длинный серый недостроенный сарай с протекающей крышей, спрятанный в глубине заросшего, запущенного участка в непрестижном сельском углу: адрес, для понтов, принстонский, а на самом деле это черт знает где. Глухой лес, разбитая дорога, уводящая к брошенным, разрушающимся строениям там, в конце дороги, в чаще, вообще стояла избушка, которую я называла про себя Конец Всех Путей: заколоченная, с выбитыми стеклами, истлевшая до цвета золы, она рухнула бы сразу вся, если бы ее не держали, пронзив как копьями, два десятка тонких и крепких деревьев, проросших сквозь нее ровненько, пряменько, невозможненько, непостижименько. Дэвид был честным и простым, уж совсем честным и простым, он аж таращился от желания не обмануть, не объегорить даже случайно. Показывал, как сгнили полы в его кухоньке: линолеум протерся до дыр, его тридцать лет не меняли! Но доски еще держатся. Предлагал встать на четвереньки и заглянуть вместе с ним под какой-то шкаф – там в полу не хватало целого куска. Дергал оконные рамы с присохшими, утопленными в масляной краске шпингалетами: совсем плохие! Поменять придется! Подробно рассказал, где протекает крыша, куда подставлять ведра. И про то, какой облом у него вышел с террасой. Нет у Дэвида террасы, то есть она есть, но в мечтах. А в реальности – ну нет. Вот сами смотрите. И он, побившись бедром, не с первого раза распахнул забухшую скособоченную дверь из клееной фанеры, темневшую в торце этого убогого жилья, – а там!.. Там была волшебная комната. Вы делали шаг – и выбирались из полутемного, узкого, низкого земного пенала на воздушную, висящую невысоко над землей веранду. И левая, и правая стена были стеклянными от пола до высокого потолка и выходили в зеленые сады, в которых порхали маленькие красные птички и что-то колыхалось, цвело и оплетало деревья. – Вот рамы я сделал, это очень хороший мастер, к нему очередь на несколько лет, – сказал Дэ...

 

Рекомендуем: