Миллер. Колосс Маруссийский, 978-5-17-074104-5

278,00 руб

Краткое описание:

Издательство: АСТ
Автор: Генри Миллер
Серия: Книга на все времена
Страниц: 288
Формат: 205x135x15 мм
Переплет: 7Б - твердая
Год издания: 2011
Язык: Русский
Вес: 302 г
ISBN: 978-5-17-074104-5
Бумажный вариант

В корзину

есть в наличии

Подробно:



Аннотация

Одно из самых необычных произведений Генри Миллера. Книга, начисто лишенная скандальности, эпатажа или духа бунтарства. Мягкое, лиричное повествование, исполненное изысканных полутонов, переносит читателя в Грецию 1930-х годов - страну, по которой путешествует герой книги. Перед читателем буквально оживают прекрасные пейзажи и руины - свидетельства былого величия страны, пока не до конца превращенной в рай для туристов, еще способной подарить путешественнику неподдельное вдохновение и жажду совершенства в творчестве.

Отрывок из книги

Часть первая Я никогда не поехал бы в Грецию, если б не Бетти Райан, моя знакомая, что жила в одном со мной доме в Париже. Как-то вечером, за стаканом белого вина, она завела разговор о том, что ей довелось повидать, разъезжая по свету в поисках впечатлений. Я всегда слушал ее с большим вниманием, и не потому только, что она повидала много удивительного, но потому еще, что рассказывала она о своих странствиях так, словно писала красками по холсту: все ее описания остались у меня в памяти, как законченные картины мастера. Своеобразный то был разговор: тем вечером мы начали с Китая и китайского языка, который она с недавних пор взялась изучать. Скоро мы оказались в Северной Африке, в пустыне, среди людей, о которых я прежде никогда не слыхал. А потом вдруг в какой-то момент она уже шла совсем одна берегом реки, и ослепительно сияло солнце, и я спешил за нею, изо всех сил стараясь не потерять из виду в том яростном сиянии, но она растворилась в нем, а я бродил по незнакомой стране, вслушиваясь в звуки чужого наречия. Не скажу, что она, та моя знакомая, необыкновенная рассказчица, но в некотором смысле она — художник, потому что никто не мог мне дать так глубоко почувствовать дух места, как она в своих рассказах о Греции. Прошло немало времени, и я понял, что тогда она заблудилась возле Олимпии, и я вместе с нею, но в тот момент для меня это была просто Греция — мир такого сияющего света, какого я не мечтал и никогда не надеялся увидеть. До нашего разговора я уже несколько месяцев получал письма от Лоренса Даррелла, который почти безвылазно жил на Корфу. Эти письма тоже были удивительны, но, на мой взгляд, несколько далеки от действительности. Лоренс — поэт, и писал он, как поэт: меня несколько смущало, с каким искусством были смешаны в его письмах мечта и реальность, историческое и мифологическое. Позже я имел возможность самолично убедиться, что это смешение существует в действительности, а не является целиком плодом поэтического воображения. Но пока я считал, что он преувеличивает, что это такой способ уговорить меня принять его неоднократное приглашение приехать и пожить с ним на острове. * * * За несколько месяцев до того, как разразилась война, я решил устроить себе продолжительные каникулы. Прежде всего, мне хотелось исполнить давнее свое желание — побывать в долине Дордони [ ? ] Река на юго-западе Франции. В месте впадения в нее Везера расположен скальный навес, где в 1868 г. в пещерах впервые были обнаружены останки homo sapience, так называемого кроманьонца. Прим. перев.. Так что я собрал саквояж и сел на поезд до Рокамадура, куда и прибыл на другое утро, еще затемно, когда на небе ярко блестела луна. Это была гениальная мысль: посетить те края, прежде чем окунуться в великолепный и древний мир Греции. Просто взглянуть на темную, таинственную Дордонь с живописного обрыва на окраине Домма — такого во всю жизнь не забудешь. Для меня эта река, эти места неотделимы от поэта — Райнера Мария Рильке [ ? ] Райнер Мария Рильке — австрийский поэт (1875 — 1920), творчество которого и по своему значению, и по своим истокам далеко выходит за пределы австрийской и немецкой литературы. Его детство и большая часть юности прошли в Праге первые поэтические и прозаические опыты тесно связаны с чешской народно-поэтической традицией. Важнейшую роль, по собственному признанию поэта, сыграло в его жизни знакомство с русской культурой (Рильке посетил Россию в 1899 и в 1900 гг.). Велико было влияние французской поэзии, живописи и скульптуры (поэт много лет жил в Париже, ему принадлежит монография о Родене, у которого он в течение года работал секретарем). Прим. перев.. Они принадлежат не Франции, не Австрии, даже не Европе: это край неизъяснимой магии, который застолбили поэты и на который только они одни и могут претендовать. Это та же Греция, только ближе к раю. Назовем этот край раем француза, которому его отдали в концессию. В сущности, он, должно быть, был раем многие тысячи лет. Мне кажется, что таковым он был и для кроманьонца, несмотря...

 

Рекомендуем: