Святилище, 978-5-17-065922-7

291,00 руб

Краткое описание:

Издательство: АСТ
Автор: Кейт Мосс
Серия: Популярная литература
Страниц: 512
Формат: 210x162x21 мм
Переплет: обл - мягкий переплет
Год издания: 2010
Язык: Русский
Вес: 536 г
ISBN: 978-5-17-065922-7
Бумажный вариант

В корзину

есть в наличии

Подробно:

Содержание

Прелюдия. Март 1891 Часть I ПАРИЖ. Сентябрь 1891 Часть II ПАРИЖ. Октябрь 2007 Часть III РЕНН-ЛЕ-БЕН. Сентябрь 1891 Часть IV РЕНН-ЛЕ-БЕН. Октябрь 2007 Часть V ДОМЕЙН-ДЕ-ЛА-КАД. Сентябрь 1891 Часть VI РЕНН-ЛЕ-ШАТО. Октябрь 2007 Часть VII КАРКАССОН. Сентябрь — октябрь 1891 Часть VIII ОТЕЛЬ «ДОМЕЙН-ДЕ-ЛА-КАД». Октябрь 2007 Часть IX ПОЛЯНА. Октябрь — ноябрь 1891 Часть X ОЗЕРО. Октябрь 2007 Часть XI ЧАСОВНЯ. Ноябрь 1891 — октябрь 1897 Часть XII РУИНЫ. Октябрь 2007 Кода ТРИ ГОДА СПУСТЯ Примечание автора относительно колоды Верньеров Благодарности

Аннотация

Горы Лангедока хранят множество тайн, - и тайны эти не спешат открываться посторонним. Крестоносцы, которые огнем и мечом уничтожали города и замки мятежных альбигойцев, и инквизиторы, без числа сжигавшие их на костре, упорно считали катаров не просто еретиками, а приспешниками Тьмы, искушенными в таинственной и могущественной черной магии. Кто был прав? Они или мы, считающие альбигойцев мудрыми философами, невинными жертвами безжалостных воинов Севера? Заброшенные святилища Лангедока по-прежнему ждут наследника запретного знания, который вновь проведет мрачный и загадочный древний ритуал, некогда позволявший посвященным в таинства обрести власть, недоступную обычному человеку. И однажды находится та, что способна это совершить...Отрывок из книги

Моей матери, Барбаре Мосс, за первое пианино И, как всегда, моему любимому Грегу за все нынешнее, прошлое и будущее Когда в давящей тьме ночей, Христа заветы исполняя, Твой прах под грудою камней Зароет в грязь душа святая, Лишь хор стыдливых звезд сомкнет Отягощенные ресницы — Паук тенета развернет Среди щелей твоей гробницы, Клубок змеенышей родить Вползет змея, волк будет выть Над головою нечестивой Твой гроб сберег ночных воров И рой колдуний похотливый С толпой развратных стариков.[1] Ш. Бодлер. Похороны отверженного поэта Чужая душа — темный лес, и вступать туда следует с осторожностью. Из письма Клода Дебюсси. 1891 Настоящие карты Таро — это символы: только этим языком они говорят и только такие знаки предлагают. Артур Эдуард Уайт. Толкование Таро с иллюстрациями. 1910 Прелюдия Март 1891 Среда, 25 марта 1891 Эта история начинается в городе костей, в переулках мертвых, на безмолвных бульварах, улицах и дорожках парижского кладбища Монмартр, населенного могилами, каменными ангелами и скитающимися душами тех, кого забыли раньше, чем они остыли в своих гробах. История начинается с кладбищенских сторожей, с парижских бедняков, собравшихся заработать на чьей-то утрате. С нищих зевак и остроглазых старьевщиков, с продавцов венков и обетных табличек, с девушек, мастерящих бумажные цветы, с кареты с черным верхом и слепыми стеклами, ожидающей у входа. История начинается с пантомимы, изображающей похороны. Маленькое платное объявление в «Фигаро» сообщило о месте, дате и часе, но пришли немногие. Редкая толпа, темные вуали и утренние плащи, блестящие ботинки да элегантные зонтики, чтобы укрыться от раннего мартовского дождя. Леони стоит перед открытой могилой с матерью и братом, ее растерянное лицо скрыто за темным кружевом. С губ священника слетают привычные слова отпущения, не согревающие сердца и не затрагивающие чувств. Человек с лоснящимся лицом, в некрасивой мятой белой манишке и в уродливых башмаках с пряжками ничего не знает о лжи и нитях обмана, ведущих к этому клочку земли в Восемнадцатом округе на северной окраине Парижа. На глазах Леони нет слез. Она, как и священник, не ведает, что разыгрывается в этот дождливый день. Она уверена, что пришла на похороны, отмечающие прервавшуюся жизнь. Пришла отдать последние почести любовнице брата, женщине, с которой она ни разу не встречалась. Поддержать брата в его горе. Глаза Леони прикованы к гробу, стоящему на сырой земле, где живут черви и пауки. Если бы она сейчас быстро обернулась, застав Анатоля врасплох, то удивилась бы, увидев лицо любимого брата. В его глазах застыло не горе утраты, а, пожалуй, облегчение. Но она не оборачивается и потому не замечает человека в сером цилиндре и длинном плаще, укрывшегося от дождя под кипарисом в самом дальнем углу кладбища. А человек этот примечателен — из тех, при виде кого la belle parisienne — прекрасная парижанка — поправит волосы и блеснет глазами из-под вуали. Его широкие сильные руки, обтянутые перчатками из телячьей кожи, спокойно лежат на серебряном набалдашнике трости из красного дерева. Эти руки умеют уверенно привлечь к себе любовницу за талию и нежно погладить бледную щеку. Он наблюдает очень внимательно. Черные зрачки в ярких голубых глазах — как булавочные головки. Тяжелый стук комьев земли по крышке гроба. Слова священника замирают в тяжелом воздухе: — In nomino Patry, et Filis, et Spiritus Sancti. Аминь. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Он творит крестное знамение и уходит. Аминь. Да будет так. Леони выпускает из пальцев цветок, сорванный в парке Монсо только этим утром, — розу на память. Цветок, кружась, падает в холодном воздухе — белый луч, медленно выскальзывающий из пальцев в черных перчатках. Пусть мертвые пребудут в мире. Пусть они спят. Дождь усиливается. Крыши, шпили, купола Парижа за чугунной решеткой кладбищенских ворот затягивает серебристый туман. Он заглушает дробный стук колес по бульвару Клиши и далекие крики поездов, отходящих с вокзала Сен-Лазар. Люди отходят от могилы. Леони бе...

 

Рекомендуем: